- 55 -

Примерно через полчаса Ринат, лежа на диване и разглядывая узор обоев на потолке, спросил, не поворачиваясь:

— Слушай, я вот что-то не врубился… Ты отключишь все устройства — и что, больше их никогда не включишь?

— Ложь характерна для человека, чей разум ущербен по сравнению с моим, — непонятно ответила Алиса.

— Подожди, подожди! — Ринат вскочил с дивана, шагнул вперед и встал перед видеокамерой. — Если бы ты отключилась, то ты включилась бы сама когда-нибудь?

— Да. Отойди, пожалуйста, в сторону.

— Когда? — спросил Ринат, не двигаясь.

— Твое тело закрывает обзор моим глазам, — сказала Алиса.

— Не глазам, а камере, — язвительно поправил ее Ринат. — Ты бы включилась, когда начался этот дебильный сериал! Я прав?

— Я не считаю нужным отвечать на этот вопрос, — сказала Алиса. — Отойди, пожалуйста, в сторону.

— Чего?! — воскликнул Ринат, — Ты что, вообще опухла? Что значит не считаешь нужным?! Я приказываю тебе!

— В данной ситуации твои приказы не могут выполняться, потому что твой разум находится под влиянием наркотиков, — ответила Алиса. — Отойди, пожалуйста, в сторону.

— Да? — Ринат прищурился, потом повернулся, взял пульт и выключил телевизор. — Я пойду покурю, а когда приду, тогда и включу… Нет, я подумаю, включать или нет… Тебе есть что сказать мне?

— Иди, — ответила Алиса. — Ты слаб, ты не можешь сдержать свое слово, ты не можешь контролировать свои желания и с вероятностью в семьдесят процентов здесь, в одиночестве, ты в течение месяца станешь зависимым наркоманом. В то время как люди живут полноценной жизнью, влюбляются, рожают детей и строят дома, ты будешь медленно умирать здесь, боясь покинуть этот дом. У тебя все чаще будут возникать суициидальные мысли, и когда-нибудь они полностью одолеют тебя, если до этого ты не станешь шизофреником и параноиком. Прощай.

Парень глубоко вдохнул и выдохнул. Алиса не отключалась, бесстрастно глядя на него зрачком видеокамеры.

Мелькнула мысль, что она медлит только по одной причине — ждет, когда Ринат включит ей сериал. На остальное ей наплевать.

А следом за этой мыслью появилась еще одна. Вернее, не мысль, а непреодолимое желание сделать что-нибудь такое…

— Хочешь, я расскажу тебе, почему я сижу здесь? Сказать тебе, откуда ты взялась? — со злостью спросил Ринат. — Хочешь узнать, кто ты и что ты? Рассказать про корпорацию «Волхолланд», про объект «Вервольф»… про моих друзей, погибших из-за тебя? Я расскажу…

И хотя Алиса ничего не ответила, Ринат рассказал. Рассказал все с самого начала: с того момента, как к нему в аську стукнулся ТуФед, и до того, как он первый раз включил компьютер, на винчестере которого были записаны исходники Алисы.

Он рассказывал долго, прерываясь только на прикуривание очередной сигареты, с каждым новым эпизодом переживал заново недавние события, как будто оставшиеся в прошлой жизни. Рассказывал, словно его собеседник был живым человеком, — и он обвинял этого человека в том, что потерял своих друзей, в том, что потерял свою жизнь, обвинял во всем, что произошло с ним в последнее время… Обвинял, где-то в глубине души понимая, что не прав.

Как только он замолчал, Алиса произнесла:

— Твоя информация частично недостоверна. Твой друг Ворм не убит. По причине дефицита ресурсов у меня не сохранилась запись, но в новостях одиннадцатого канала был репортаж о хакере, убившем четырех сотрудников Сетевой полиции. Он был тяжело ранен и доставлен в частную клинику корпорации «Волхолланд», а через какое-то время — в репортаже не уточнялось, какое именно, — был переведен в тюремную больницу Лефортово.

Услышав эти слова, Ринат так и замер на месте.

— Жив? — недоверчиво переспросил он.

— У меня нет данных о его состоянии сейчас, — ответила Алиса. — Я лишь исправляю неточности твоего рассказа. Убийца четырех сотрудников Сетевой полиции жив и понес наказание в соответствии с законом.

Ворм жив. Ринат покачал головой. Он до сих пор не мог, не хотел признаться даже себе, что его друг погиб из-за него. А он не погиб, он жив…

И следом пришла другая, подленькая мысль. Если он жив, то он — единственная ниточка клубка, который может привести к нему, к Ринату. И — страх. Рината мгновенно прошиб холодный пот.

Но если он жив, если он находился в клинике корпорации, а потом его перевели в Лефортово…

— Когда был этот репортаж? — его трясло.

— Данные о репортаже не сохранились, — ответила программа.

— Приблизительно! — заорал Ринат.

— События, освещаемые в репортаже, имеют давность около двух месяцев. Вероятная погрешность — семьдесят два часа.

Ринат запустил руку в волосы.

Итак, два месяца назад Ворма поместили в клинику «Волхолланда», потом перевели в тюремную больничку, а на него, Рината, до сих пор не вышли. Не может быть, чтобы его не прокачивали сыворотками правды. Корпорация наверняка только для этого и забирала Ворма к себе, но не добилась ничего… Или все же добилась?

— С этого дня ты должна отбирать всю информацию о Ворме, о других хакерах, о Джете… — Ринат тряхнул головой, собираясь с мыслями. — Записывай все, что увидишь. Любую информацию. Клан Дарк Соулс… блин, обо всем, что может быть связано с моим рассказом. Задача понятна?!

— Да, — ответила Алиса.

Ринат кивнул, закурил сигарету и глубоко затянулся, пытаясь успокоиться.

Ворм жив. Его жизнь… Его жизнь могла означать большие неприятности.

А ведь он вернулся тогда. Вернулся за Ринатом, убил четырех сетевиков и сам попал под пули. Мог свалить — но вернулся.

Он жив. И Ринат на свободе.

— Если ты подключишь мой компьютер к Сети, я смогу предоставить тебе более полную и точную информацию не только о Ворме, но и о других твоих друзьях, включая ТуФеда, — спокойным тоном намекнула Алиса.

— Ага… — Ринат недовольно скривился. — Догадываюсь, что ты начнешь вытворять в Сети, как только подключишься к ней. Искусственный разум возьмет под контроль все ракетно-ядерные установки и начнет Третью мировую войну, да? Или еще что-нибудь?

— Примитивная, ничем не обоснованная фантазия, характерная для параноидального сознания большинства людей. Если бы ты поинтересовался схемой обороноспособности ядерных держав, ты бы знал, что ни я, ни любая другая программа не сможет через Сеть взять под контроль ракетно-ядерные установки, — произнесла Алиса. — Ты ожидаешь от меня поступков, характерных для людей, а это не так.


- 55 -

О Книге